Предметы художественной пластики из Белгорода-Днестровского
История археологических исследований Белгорода-Днестровского насчитывает несколько десятилетий, но только в последнее время объектом систематического изучения стали его средневековые слои. Главным результатом раскопок 1977—1982 гг. явилось обнаружение археологических материалов, принадлежащих к древнерусским древностям: остатки жилых и хозяйственных построек, фундаменты одноапсидиого храма XII—XIII вв., на месте которого в XV в. была построена турецкая мечеть; различные предметы быта и воен-ного снаряжения.
Особый интерес представляют энколпиионы, найденные на территории крепости при ремонтно-реставрационных работах.
От первого энколпиона сохранилась четырехконечная лицевая створка с чуть расширенными концами . Размеры креста 7,2 X 4,8 см. На гладкой поверхности выгравирована фигура святого в позе орант, с удлиненными пальцами рук. Возле правой руки на продолжении перекрестия помещено кадило, а возле левой — ложка для причастия. Вверху над нимбом греческая надпись НОЛИК С. Одежда святого испещрена узорами. На всех известных крестах подобного типа фигуры выполнены довольно схематично. И все же отметим, что во всех экземплярах чувствуется уверенная рука мастера, изготовлявшего эти кресты.
Крест выполнен особено тщательно, орнамент проработан хорошо и вместе с опубликованными И. П. Кондаковым 1 энколпионами может считаться типичным для памятников этого типа. Рассматриваемый энколпион относится к так называемому сирийскому типу, для которого характерны именно такая форма креста, сюжет изображения, греческая надпись и техника нанесения рисунка. То, что сирийские энколпионы составляют отдельную группу памятников, ни у кого из исследователей не вызывает сомнения. Но исследователи недостаточно уделяли внимания вопросам, где именно изготовлялись кресты и каковы были пути их распространения. Отчасти это объясняется тем, что большая часть находок является случайными, часть из них депаспортизирована, не все известные находки введены в научный оборот.
Сирийские энколпионы распространены по всей территории Европы. В СССР они найдены в Киеве, Княжей горе, Херсонесе, Гнездове, Белой Веже. В дореволюционное время исследователи считали, что эти кресты распространялись из Сирии и Палестины в VI— VII вв.2 Датировка основывалась, в первую очередь, на стилистических особенностях изобрая;ений отдельно найденных экземпляров крестов из музеев и частных коллекций. Более поздние исследования не внесли корректив относительно центров изготовления сирийских крестов, но на основании археологических находок крестов в точно датируемых комплексах (в Херсонесе и Гнездове) Г. Ф. Корзухиной была изменена их датировка. Она считала возможным датировать их X—XII вв.3 Описываемый нами экземпляр очень близок к крестам из Гнездова и Белой Вежи и, видимо, может быть датирован X—XII вв.
Второй энколпион (сохранилась только оборотная створка) найден при раскопках в 1980 г. возле фундамента храма XII—XIII вв. Его размеры 8 Хб,7 см. На нем штихелем прорезан 12-конечный крест. Энколпи-
124
он имеет устойчивую форму (концы перекрестий с почковидными выступами и закруглениями), сходную с широко известными киевскими образцами XII—XIII вв. Белгород-Днестровский крест, вероятнее всего, был привезен из Киева, являвшегося законодателем мод на Руси в области прикладного искусства и поставлявшем свою продукцию на широкий рынок.
Другой энколпион хранится в Белгород-Днестровском историческом музее (размеры 7X5 см) и представляет собой четырехконечный крест с чуть расширенными концами .На нем помещено широко распространенное в христианском мире изображение божьей матери в позе оранты. По четырем сторонам перекрестий — медальоны с погрудным изображением евангелистов. Вся композиция выполнена в технике низкого рельефа. Аналогичный энколпион, найденный под Ка-невом, имеется в собрании Б. И. и В. Н. Ханенко и датируется XII — XIII вв.4, Еще две находки энколпионов представляют собой кресты с мальтийским расширением по концам перекрестий (размеры 5 Х4 см. На них фронтально изображен распятый Христос с незначительным наклоном головы вправо. Ступни ног соединены пятками и опираются на нижнюю перекладину, правая рука немного согнута в локте, левая — прямая. Вокруг головы нимб с перекрестием и надписью 1С ЦР ХС. Под руками надписи не читаются. Вся композиция выполнена рельефно. Значительная заполирован-иость свидетельствует о длительности его применения. Похожий крест опубликован Б. И. и В. Н. Ханенко и датируется XV—XVI вв.5 Оба энколпио-на отлиты в одной формочке, что подтвердилось исследованием под микроскопом. Последнее обстоятельство позволяет высказать предположение о местном производстве подобных изделий в отмеченный период.
Из находок нательных крестов следует выделить экземпляр, на котором изображены восьмиконечный крест, копье, трость и над.шсь ЦРЬ СЛАВЫ 1С ХС . Остальные пять нательных крестов различной формы и украшены восьмиконечными крестами внутри Подобные образцы мелкой пластики XVII— XVIII вв. при налаженном массовом производстве получают общие упрощенные формы с весьма несложными украшениями.
Приведенные предметы художественной пластики свидетельствуют о стабильном существовании в Белгороде-Днестровском в X—XVIII вв. населения христианского вероисповедывания. В период X—XIII вв. подобные изделия из Белгорода-Днестровского аналогичны находкам в других древнерусских городах, что дает нам основание говорить о торговых связях населения Белгорода-Днестровского с другими крупными древнерусскими центрами.
1 Кондаков Н. П. Иконография Богоматери. Спб., 1914, т. 1, с. 260—263.
2 Залесская В. Н. К вопросу о датировке и происхождении некоторых групп т. н. «сирийских» крестов.— В кн.: Тез. докл. VII Все-союз. конф. византистов в Тбилиси в 1965 г. Тбилиси, 1965, с. 91—93.
3 Корзухина Г. Ф. О памятниках «корсун-ского дела» на Руси.— М., 1958; Византийский временник. М., 1958, т. 14, с. 132.
4 Ханенко В. И. и В. Н. Древности русские. Киев, 1900, вып. 2, с. 6, табл. XIX, 223.
5 Там же, вып. 1, с. 26, табл. XI, 134.